Меню

Яков кедми никто не штопает носки фейк



РОЖДЁННЫМ В СССР №19 Никто уже не штопает носки. Не мчится с визгом с деревянной горки.

Никто уже не штопает носки.
Не мчится с визгом с деревянной горки.
Пришли другие люди. И с тоски
Они бухают, но не «три семерки».

Никто не ходит в фотоателье,
Чтоб сделать дорогой семейный снимок,
Который будет блекнуть на стене
До чьих-то отдаленнейших поминок.

Не вяжет банты на гитарный гриф,
Гостям не предлагает пир пельменный,
И не стирает свой презерватив
С пакетами из полиэтилена.

Не чистит первым снегом все ковры,
Не стеллит на кухонный стол клеенку,
И, заиграв кассету до дыры,
Не клеит лаком жеваную пленку.

Не знает, что тройной одеколон
Для разных нужд весьма хорош бывает.
Не протирает им магнитофон,
И внутрь, конечно, не употребляет.

Не ищет по базару мумиё,
Не посылает сервелат в деревню,
Не ходит дружно в баню всей семьей…
Ты здесь чужой и лишний, лапоть древний.

С упорством одинокого клеща
То тихо вянешь, от мэйнстрима розно,
То лезешь в душу, новое ища,
А там все то же: тернии и звезды.

Видео: Vlad Zverev Эфир программы Время от 1 мая 1976

А это так для тех кто помнит, кому интересно, как это было, и для тех кто родился в этот радостный день, мне тогда было два года, хотелось бы мне найти для себя и вас более что -то интересное, но я так сильно болела эту неделю и ещё до конца не выздоровела, поэтому честно говоря не до чего, а воспоминания в песнях я уже публиковала раньше, а тут что-то новое-старое, Ирине Ямайкиной спасибо, за её прекрасные стихи, умница, стихи прекрасные и трогательные.

И ещё один ностальгический бонус.

видео: Иннокентий Беляев Программа «Время» (ЦТ СССР, 23.10.1986)

Не болейте друзья, а я что-то последнее время совсем расклеилась, столько дей, столько мыслей, столько всего нашло, столько хочется рассказать, а никак собраться не могу, мысли все в кучу, получается сумбур, ну вы знаете как бывает, но ничего, дай Бог здоровья, знаете друзья мои, здоровье главное, не шмотьё, не авто и прочие атрибуты, когда нет здоровья, ничего не радует, а когда оно есть, мы, люди почему то его не ценим, гробим нещадно каждый на разные лады, а когда теряем, то поздно, пожалуйста, берегите себя и своих дорогих людей и животных, не рискуйте по напрасну, а если хотите что-то сделать эдакое, выкинуть очередной фортель, вспомните о тех, кто вас любит, ждёт и переживает, о тех, кому вы нужны и делайте больше ДОБРА, пускайте его в воду. ХРАНИ ВАС ГОСПОДЬ!

Источник

Яков Кедми: «Никто»

Никто уже не чистит ковры первым снегом или соком от квашеной капусты.

Никто уже не протирает тройным одеколоном головку звукоснимателя в кассетном магнитофоне. Как и не склеивают лаком зажеванную плёнку в кассетах.

Никто уже не вырезает телепрограммы из субботней газеты и не подчёркивает в ней интересные передачи, на которые нужно успеть.

Никто уже не посылает сервелат в посылках.

Никто уже не хранит пустые пивные банки в серванте.

Никто уже не хвастает умением разжечь спичку, чиркнув об оконное стекло или об штанину.

Никто уже не считает, что лучшее средство от кашля — это банки или медовый компресс на ночь.

Никто уже не вешает ситечко на носик чайника.

Никто уже не заправляет одеяло в пододеяльник через дырку посередине.

Никто уже не стирает полиэтиленовые пакеты.

Никто уже каждый вечер не заводит часы и будильник.

Никто уже не разбрызгивает воду изо рта во время глажки брюк.

Никто уже давно не чистит зубы зубной щеткой с натуральной щетиной. Странно, а они были самыми дешёвыми.

Никто уже не подает покупные пельмени, в качестве главного блюда на праздничном столе.

Никто уже не наворачивает вату на спичку, чтобы почистить ушные раковины.

Никто уже не помнит чем отличается синяя стёрка от красной. А я помню! Синяя стирает карандаш, а красная — стирает чернила и проделывает дырки в бумаге.

Читайте также:  Остер юбка для президента

Никто уже не считает, что банный день должен быть один раз в неделю…

Никто уже не коллекционирует полезные советы из отрывных календарей.

Никто уже не наклеивает переводилки на кафельную плитку.

Никто уже не ходит в фотоателье, чтобы сделать ежегодный семейный портрет.

Никто уже не украшает стены квартиры выжиганием или чеканкой собственного изготовления.

Никто уже не вяжет банты на гриф гитары

Никто и не вспомнит, что когда футболка торчит из под свитера — это называется «из под пятницы суббота» и вообще это просто неприлично!

Никто уже не оставляет масло в сковороде «на следующий раз».

Никто уже не боится, что сливной бачок в один прекрасный день всё-таки упадет на голову.

И никто уже давно не слышал свежих анекдотов про Штирлица и Василия Ивановича.
Грустно.

Мы будем первым поколением, что не оставит от себя следов.

Мы не оставим своих писем. От себя из юности, когда так остро и неразделённо, а позже понимаешь, что не с тем. Мы не оставим писем от себя постарше, для друзей, с которыми тоскуем по неважным прежде дням. Мы не оставим своих почерков, затертой, мятой, сложенной бумаги, конвертов с адресами, штемпелями, именами тех, кому и от кого.
Мы не оставим фотографий. Они все сгинут в электронной суете. Нам и сейчас уже не вынуть свой фотоальбом, нам и сейчас не надписать на обороте — нету оборотов. Мне негде написать, что это я, а это Женька, это Машка, это мы. Мы не оставим своих лиц.

Не будет мемуаров, дневников, записок, писем, фотографий разных лет. Не будет биографий, почерков, всего, что для кого-то остаётся нитью к нам, ушедшим навсегда. Мы будем первыми, кто растворится без следа.

Привет, эпоха гаджетов, компьютеров и соцсетей. Ты умудрилась нас стереть.

P.S Притащила сюда не для того, чтобы согласиться, а для того, чтобы подивиться тому, сколько всего уже забыто из обихода прошлых лет.

Источник

Сейчас никто уже не штопает носки?

Никтo не штoпает носки. И уж если совсем поглубже в историю — никто из тех, кoму меньше шестидесяти, не знает, что такое пеpелицевать костюм или пальто.

Никтo уже не чистит ковры первым снегом или соком от квашеной капусты.

Никтo уже не протирает тpойным одеколоном гoловку звукoснимателя в кассетном магнитофоне. Как и не склеивают лаком зажеванную плёнку в кассетах.

Никтo уже не вырезает телепpограммы из субботней газеты и не подчёpкивает в ней интересные передачи, на которые нужно успеть.

Никтo уже не посылает сервелат в посылках.

Никтo уже не пoдвешивает на переднее зеpкало в автомобиле чёртиков и рыбок-скалярий из трубок от капельницы.

Никтo уже не хвастает умением разжечь спичку, чиркнув об оконное стекло или об штанину.

Никто уже не считает, что лучшее сpедство от кашля — это банки или медовый компресс на ночь.

Никто уже не вешает ситечко на носик чайника.

Никто уже не заправляет одеяло в пододеяльник через дырку посередине.

Никто уже не стирает полиэтиленовые пакеты.

Никто уже каждый вечер не заводит часы и будильник.

Никто уже не разбрызгивает воду изо рта во время глажки брюк.

Никто уже при виде знакомого не подходит к нему незаметно сзади и не закрывает ему глаза — угадывай, мол.

Никто уже давно не чистит зубы зубной щеткой с натуральной щетиной. Странно, а они были самыми дешёвыми.

Никто уже не подает покупные пельмени, в качестве главного блюда на праздничном столе.

Никто уже не наворачивает вату на спичку, чтобы почистить ушные раковины.

Никто уже не помнит чем отличается синяя стёрка от красной. А я помню! Синяя стирает карандаш, а красная — стирает чернила и проделывает дырки в бумаге.

Никто уже не считает, что банный день должен быть один раз в неделю…

Никто уже не коллекционирует полезные советы из отрывных календарей.

Никто уже не наклеивает переводилки на кафельную плитку.

Никто уже не ходит в фотоателье, чтобы сделать ежегодный семейный портрет.

Никто уже не украшает стены квартиры выжиганием или чеканкой собственного изготовления.

Читайте также:  Не сходи с ума сходи за вином футболка

Никто уже не вяжет банты на гриф гитары

Никто и не вспомнит, что когда футболка торчит из под свитера — это называется «из под пятницы суббота» и вообще это просто неприлично!

Никто уже не оставляет масло в сковороде «на следующий раз».

Никто уже не мечтает задать Знатокам вопрос, на который бы те не смогли ответить.

Никто уже не боится, что сливной бачок в один прекрасный день всё-таки упадет на голову.

И никто уже давно не слышал свежих анекдотов про Штирлица и Василия Ивановича.

Источник

Яков Кедми: “Никто”

Яков Кедми – Яков Иосифович Казаков; родился 5 марта 1947, Москва, РСФСР, СССР. Ныне на пенсии, в прошлом израильский государственный деятель, дипломат, руководил одной из спецслужб Израиля «Натив» (в 1992—1999 годах). В настоящее время часто выступает в качестве приглашенного политолога на российском телевидении и радио. Круг интересов необычайно широк. Публикуем один из его рассказов, который был выложен в открытом доступе.

Никто не штопает носки. И уж если совсем поглубже в историю – никто из тех, кому меньше шестидесяти, не знает, что такое перелицевать костюм или пальто.

Никто уже не чистит ковры первым снегом или соком от квашеной капусты.

Никто уже не протирает тройным одеколоном головку звукоснимателя в кассетном магнитофоне. Как и не склеивают лаком зажеванную плёнку в кассетах.

Никто уже не вырезает телепрограммы из субботней газеты и не подчёркивает в ней интересные передачи, на которые нужно успеть.

Никто уже не посылает сервелат в посылках.

Никто уже не хранит пустые пивные банки в серванте.

Никто уже не хвастает умением разжечь спичку, чиркнув об оконное стекло или об штанину.

Никто уже не считает, что лучшее средство от кашля – это банки или медовый компресс на ночь.

Никто уже не вешает ситечко на носик чайника.

Никто уже не заправляет одеяло в пододеяльник через дырку посередине.

Никто уже не стирает полиэтиленовые пакеты.

Никто уже каждый вечер не заводит часы и будильник.

Никто уже не разбрызгивает воду изо рта во время глажки брюк.

Никто уже давно не чистит зубы зубной щеткой с натуральной щетиной. Странно, а они были самыми дешёвыми.

Никто уже не подает покупные пельмени, в качестве главного блюда на праздничном столе.

Никто уже не наворачивает вату на спичку, чтобы почистить ушные раковины.

Никто уже не помнит чем отличается синяя стёрка от красной… А я помню! Синяя стирает карандаш, а красная – стирает чернила и проделывает дырки в бумаге.

Никто уже не считает, что банный день должен быть один раз в неделю…

Никто уже не коллекционирует полезные советы из отрывных календарей.

Никто уже не наклеивает переводилки на кафельную плитку.

Никто уже не ходит в фотоателье, чтобы сделать ежегодный семейный портрет.

Никто уже не украшает стены квартиры выжиганием или чеканкой собственного изготовления.

Никто уже не вяжет банты на гриф гитары

Никто и не вспомнит, что когда футболка торчит из под свитера – это называется “из под пятницы суббота” и вообще это просто неприлично!

Никто уже не оставляет масло в сковороде “на следующий раз”.

Никто уже не боится, что сливной бачок в один прекрасный день всё-таки упадет на голову.

И никто уже давно не слышал свежих анекдотов про Штирлица и Василия Ивановича.
Грустно…

Мы будем первым поколением, что не оставит от себя следов.

Мы не оставим своих писем. От себя из юности, когда так остро и неразделённо, а позже понимаешь, что не с тем. Мы не оставим писем от себя постарше, для друзей, с которыми тоскуем по неважным прежде дням. Мы не оставим своих почерков, затертой, мятой, сложенной бумаги, конвертов с адресами, штемпелями, именами тех, кому и от кого.

Мы не оставим фотографий. Они все сгинут в электронной суете. Нам и сейчас уже не вынуть свой фотоальбом, нам и сейчас не надписать на обороте – нету оборотов. Мне негде написать, что это я, а это Женька, это Машка, это мы. Мы не оставим своих лиц.

Читайте также:  Юбки при полной груди

Не будет мемуаров, дневников, записок, писем, фотографий разных лет. Не будет биографий, почерков, всего, что для кого-то остаётся нитью к нам, ушедшим навсегда. Мы будем первыми, кто растворится без следа.

Привет, эпоха гаджетов, компьютеров и соцсетей. Ты умудрилась нас стереть…

Источник

Яков Кедми: “Никто”

Яков Кедми – Яков Иосифович Казаков; родился 5 марта 1947, Москва, РСФСР, СССР. Ныне на пенсии, в прошлом израильский государственный деятель, дипломат, руководил одной из спецслужб Израиля «Натив» (в 1992—1999 годах). В настоящее время часто выступает в качестве приглашенного политолога на российском телевидении и радио. Круг интересов необычайно широк. Публикуем один из его рассказов, который был выложен в открытом доступе.

Никто не штопает носки. И уж если совсем поглубже в историю – никто из тех, кому меньше шестидесяти, не знает, что такое перелицевать костюм или пальто.

Никто уже не чистит ковры первым снегом или соком от квашеной капусты.

Никто уже не протирает тройным одеколоном головку звукоснимателя в кассетном магнитофоне. Как и не склеивают лаком зажеванную плёнку в кассетах.

Никто уже не вырезает телепрограммы из субботней газеты и не подчёркивает в ней интересные передачи, на которые нужно успеть.

Никто уже не посылает сервелат в посылках.

Никто уже не хранит пустые пивные банки в серванте.

Никто уже не хвастает умением разжечь спичку, чиркнув об оконное стекло или об штанину.

Никто уже не считает, что лучшее средство от кашля – это банки или медовый компресс на ночь.

Никто уже не вешает ситечко на носик чайника.

Никто уже не заправляет одеяло в пододеяльник через дырку посередине.

Никто уже не стирает полиэтиленовые пакеты.

Никто уже каждый вечер не заводит часы и будильник.

Никто уже не разбрызгивает воду изо рта во время глажки брюк.

Никто уже давно не чистит зубы зубной щеткой с натуральной щетиной. Странно, а они были самыми дешёвыми.

Никто уже не подает покупные пельмени, в качестве главного блюда на праздничном столе.

Никто уже не наворачивает вату на спичку, чтобы почистить ушные раковины.

Никто уже не помнит чем отличается синяя стёрка от красной… А я помню! Синяя стирает карандаш, а красная – стирает чернила и проделывает дырки в бумаге.

Никто уже не считает, что банный день должен быть один раз в неделю…

Никто уже не коллекционирует полезные советы из отрывных календарей.

Никто уже не наклеивает переводилки на кафельную плитку.

Никто уже не ходит в фотоателье, чтобы сделать ежегодный семейный портрет.

Никто уже не украшает стены квартиры выжиганием или чеканкой собственного изготовления.

Никто уже не вяжет банты на гриф гитары

Никто и не вспомнит, что когда футболка торчит из под свитера – это называется “из под пятницы суббота” и вообще это просто неприлично!

Никто уже не оставляет масло в сковороде “на следующий раз”.

Никто уже не боится, что сливной бачок в один прекрасный день всё-таки упадет на голову.

И никто уже давно не слышал свежих анекдотов про Штирлица и Василия Ивановича.
Грустно…

Мы будем первым поколением, что не оставит от себя следов.

Мы не оставим своих писем. От себя из юности, когда так остро и неразделённо, а позже понимаешь, что не с тем. Мы не оставим писем от себя постарше, для друзей, с которыми тоскуем по неважным прежде дням. Мы не оставим своих почерков, затертой, мятой, сложенной бумаги, конвертов с адресами, штемпелями, именами тех, кому и от кого.

Мы не оставим фотографий. Они все сгинут в электронной суете. Нам и сейчас уже не вынуть свой фотоальбом, нам и сейчас не надписать на обороте – нету оборотов. Мне негде написать, что это я, а это Женька, это Машка, это мы. Мы не оставим своих лиц.

Не будет мемуаров, дневников, записок, писем, фотографий разных лет. Не будет биографий, почерков, всего, что для кого-то остаётся нитью к нам, ушедшим навсегда. Мы будем первыми, кто растворится без следа.

Привет, эпоха гаджетов, компьютеров и соцсетей. Ты умудрилась нас стереть…

Источник